Главная > Поиски > ПРО БОГА - ДЛЯ НЕВЕРУЮЩИХ И ВЕРУЮЩИХ > ВОЗМОЖНОСТЬ ОНТОЛОГИЧЕСКОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ БОГА

ВОЗМОЖНОСТЬ ОНТОЛОГИЧЕСКОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ БОГА

Объектом самостоятельного  исследован

 

Е.Е.Щербина-Яковлева

 

ВОЗМОЖНОСТЬ ОНТОЛОГИЧЕСКОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ  БОГА

 

Можливість онтологічного існування Бога. Обмеженість природничого знання, пануючи тривалий час догми “єдино правильної” філософської теорії та звісні ідеологічні обмеження перетворили будь-які уявлення про Бога чи будь-яке “божественне” явище в об’єкт однобічної “науково-атеїстичної” критики. На наш погляд, зараз відчувається потреба в новому з’ясуванні проблеми “Бога”, “божественного”, “надприродного” та багатьох інших, подібних їм. Ми вважаємо, що сучасні ідеї синергетики й теорії інформації дають наукове підгрунття для того, щоб сформулювати старі проблеми в принципово новій формі.

 

Понятие Бога весьма часто фигурирует в современной философской литературе. Обычно оно используется в текстах этико-психологического плана как символ человеческой моральности, веры в некие идеалы, высшие цели, собственное предназначение и т.п. Имя бога становится своего рода метафорой, привычным штампом, «украшающим» текст, и не более того.

Объектом самостоятельного философского исследования оно выступает преимущественно среди религиоведов. В этом случае неизбежно фигурирует явное или подразумеваемое утверждение о невозможности реального существования Бога. Как определено в «Философской энциклопедии», бог – это «фантастический образ, лежащий в основе религиозных верований…» [12; 175]. Но совершенно иначе определяют понятие Бога деятели современной церкви. «Бог сотворил весь мир из ничего, одним Своим словом. Он все может сделать, что пожелает, - гласит одно из ключевых положений православного Катехизиса. – Бог – высочайшее существо. Ему нет равного никого и нигде, ни на земле, ни на небе» [3; 23].

На сегодняшний день о реальном онтологическом существовании Бога открыто говорят только представители наиболее ортодоксальных религиозных направлений. Для философской, «утонченной» теологии гораздо более характерны рассуждения о том, что Бог – это «сфера общения «Я» и «Ты», «то место, где самоосознает и самоосуществляет себя человек» и т.п.

В данной статье нами предпринимается попытка поставить вопрос о Боге как о возможном объекте философского исследования не только в культурологическом, философско-антропологическом, но также и в онтологическом аспекте. Мы стремимся также развить мысль о том, что вследствие утверждения допустимости онтологического рассмотрения феномена Бога обнаруживается возможность его исследования методами естественнонаучного знания.

Когда формируются определения типа «Бог есть фантастический образ», ненамеренно или намеренно упускается из вида, что Бог – это категория человеческого познания мира, абсолютно равноправная со всеми другими категориями, результат многовековой познавательной деятельности, итог человеческих переживаний определенных явлений и размышлений о них. И пусть для какой-то части человечества то, что отражено в этой категории – лишь плод фантазии другой, заблуждающейся в своей вере части, тем не менее, эта категория существует. Именно ее общечеловечность и историческая устойчивость, «вечность», прежде всего, заставляют каждое новое поколение мыслящих людей задавать вопрос: так что же в ней отражено? Только человеческое богатое воображение, страх перед миром, потребность в психологической поддержке? Или же нечто реальное, что и заставляет религиозное большинство человечества упорствовать в своей вере?

Теологами на протяжении двух тысячелетий апробированы различные способы доказательства «бытия божьего». Сегодня, конечно, здравомыслящего человека, воспитанного на платформе научного знания, не устроят отшлифованные в средние века катафатические суждения о совершенном существе, которое существует в силу самого своего совершенства, наличия в мире целесообразности, красоты, порядка и необходимости существования «конечного начала» всех вещей.

Но вся система катафатических доказательств выстроена лишь как логическое дополнение, своего рода рациональная «надстройка» над учением об Откровении. Истинно верующими становятся только те, кто пережил акт Откровения, то есть моментального интуитивного постижения реальности существования Бога и его сущности. Откровение – результат тех дел и событий, «которыми незримый Бог открывается своему творению, и прежде всего в совести, в природе и в истории», - пишут авторы фундаментального «Библейского словаря» [1; 294]. О фактах Откровения многократно говорится в Библии: Книга Пророка Исаии (45:15), Послание к Римлянам (1:19, 32; 2:14, 15), Псалтырь (18), Деяния святых Апостолов (7:2; 17:24), Евангелие от Иоанны (1:14; 14:21), Евангелие от Матфея (11:25) и мн. др. ее тексты. (В ранней истории христианства значительное число тех, кто переживал яркие акты Откровения, попали в пантеон святых; но и в более близкое к нам время появлялись такие фигуры, как Сергий Радонежский, Иоанн Кронштадтский). Откровение признается не только христианством, но и исламом, буддизмом…

Именно на интуитивном «откровении» знания о Боге построена апофатическая система доказательств бытия Божьего, в которой логический разум последовательно отвергает все его определения  и атрибуты как не выражающие его истинной сущности. «Бог же в своем сверхъестественном бытии превосходит ум и сущее, и потому вообще не есть ни что-либо познаваемое, ни что-либо существующее, а существует сверхъестественно и сверхразумно познается. …Полное неведение и есть познание Того, Кто превосходит все познаваемое», - писал некогда Дионисий Ареопагит [6; 11].

Таким образом, логическое познание Бога бессильно. Интуитивное же его познание – удел немногих избранных, которые с уверенностью утверждают, что пережили Откровение. Именно они и становятся наиболее непоколебимыми приверженцами религии. Кроме того, достаточно большое количество людей даже в самые «антирелигиозные» эпохи истории общества (одной из которых, по видимому, является и та, в рамках которой мы существуем ныне) свидетельствуют о том, что они так или иначе ощущают присутствие в мире какой-то активной действующей силы, представление о которой и связывается обычно с образом Бога.

Но поскольку естествознание никогда не обнаруживало в природе того объекта, который мог бы породить эти ощущения и, тем более, акты божественного откровения, да и психологический аспект сверхчувственного восприятия Бога совершенно не понятен науке, все эти явления объясняются за счет особенностей психики людей, которые их переживают. В современном нашем обществе негативное отношение к религиозно ориентированным людям в особенности сильно. Человек, имеющий высшее образование и осмелившийся заявить о том, что он уверен в реальности существования Бога, неизбежно будет воспринят  как сумасшедший.

Мы считаем целесообразным в своей попытке нового подхода к проблеме Бога рассмотреть его прежде всего как категорию человеческой познавательной деятельности для того, чтобы далее от философско-антропологического подхода перейти к онтологическому.

Каждая предметная категория, выявленная человечеством в истории накопления духовно-практического опыта и получившая свое языковое обозначение, выражает определенный концепт мироотношения. В этом качестве любая категория необходимо включает в свою внутреннюю структуру субстанциональный, атрибутивный, релятивный, аксиологический, экзистенциальный, праксеологический компоненты. (Это положение подробно обосновано нами ранее, см. [14; 72-90].

Нас интересует онтологический аспект. Какие онтологические реалии отражены в категории «Бог»? Мы должны, прежде всего, установить те онтологически-смысловые элементы, которые в ней зафиксированы, для того, чтобы можно было решать вопрос о том, связана ли их онтологичность с объективной реальностью.

Понятие Бога  исторично. То семантическое поле, которым  оно сегодня обладает, разработано народами различных стран и континентов на протяжении тысячелетий развития духовной культуры. Границы его весьма обширны, о чем свидетельствует огромное количество близких по значению, синонимичных и полусинонимичных категорий: Деус, Теос, демиург, даимон; дух, духовное; Мировой Разум, Мировая Воля, Мировая Идея, эмердженция и т.п. Кроме того, каждая малый или великий этнос давал Богу (или тому, что стоит за этой категорией) свои собственные, локальные имена, которые не перечесть.

Представления о Боге и его атрибутах развивались от самых упрощенных, примитивных в древнейших докультурных и культурных сообществах до современных вместе с возникновением и развитием бесконечно многообразных систем религиозных верований. Зачаточное выделение тех явлений, которые в последующем осмысливаются как категория Бога, происходит, как показывают археологические и этнографические  исследования, еще в период палеолита. Тотемизм, фетишизм, анимизм, бесчисленные формы магии исторически соседствуют и сменяют друг друга, сохраняясь и в мировоззрении позднейших эпох. Ранние хтонические религии сменяются зооморфными или антропоморфными многобожными  пантеонами эпохи раннего рабовладения, чтобы потом перейти в монотеизм. «Неорелигии» 19-20 вв. нередко сочетают в себе самые разнообразные элементы монотеизма и сатанизма, анимизма и фетишизма, мистики и магии… Мир религиозных представлений бесконечно пестр и разнообразен. Но, несмотря  на все внешнее несходство, в них обнаруживается удивительно глубокая внутренняя общность.

Уже в археологических памятниках эпохи верхнего палеолита, датируемых периодом около 40-18 тыс. лет назад, обнаруживаются признаки существования тотемических представлений. Большинство исследователей считают, что тотемизм был первой формой существования религиозных верований. Суть тотемизма состоит в приписывании некоторым предметам или животным способности влиять на жизнь отдельного человека или рода. Так, австралийцы называют свои тотемы (чаще всего животных) «наш друг», «наш старший брат», «наш отец». Здесь речь идет  далеко не только о родственных связях. В самих этих названиях заложены представления об особом влиянии со стороны тотема на членов племени: тотем старше по возрасту, сильнее, может заботиться, опекать; к нему обращаются за покровительством, с его помощью защищаются от врагов, его берегут и охраняют. У некоторых племен Австралии встречается также и образ женщины –верховной прародительницы, от которой зависит жизнь всех последующих поколений, поскольку она обладает волшебным могуществом.

На островах Меланезии, помимо тотемизма, развиты также верования в духа-покровителя, который охраняет юношей, заботится об их превращении в воинов, обеспечивает победу в сражениях. Имеется и противоположный образ духа-убийцы, который «убивает» юношей во время обрядов инициации, а потом опять «воскрешает» их, придавая им новые способности – силу, мужество, выносливость.

У папуасов Новой Гвинеи более всего развита вера во всевозможные виды магии: хозяйственной, лечебной, вредоносной. Мир заполнен таинственными силами, но с помощью магии человек воздействует на них и направляет их в своих интересах… Кроме того, почти повсеместно в Меланезии господствует культ предков, вождей, которые считаются носителями неограниченной власти.

В Полинезии появляется уже и обширный пантеон собственно богов, которые управляют различными явлениями природы и сферами человеческой деятельности.

Характерно, что все этнографические исследования первобытного общества содержат в себе одну лишь внешнюю фактографию, почти без характеристики собственно содержания человеческого мировоззрения. Причина этого кроется в неразвитости рефлексии, невыраженности самосознания человека этой эпохи. «…Когда мы пытаемся установить, насколько точно он себе эти (божественные) силы представляет, какими чертами и атрибутами он их в своем представлении наделяет, это нам не удается. Эти представления … остаются смутными и текучими», - пишет Л.Леви-Брюль [2; 7].

Тем не менее, уже в родоплеменном обществе представления о силах, правящих миром, концентрируются, приобретают все более определенный облик.

У народов Южной и Центральной Африки имеется бог Ньямбе – первопредок, демиург и культурный герой одновременно. Он называется «отцом предков», создавшим всю живую и неживую природу [7; 398].

В скифо-сарматской мифологии высшим из семи богов является женское божество Табити – богиня огня, домашнего очага, царской власти [8; 446].

У тюркоязычных народов (турков, азербайджанцев, казахов, киргизов и др.) верховное божество – Тенгри (небо). Оно распоряжается всем в мире, в т.ч. и судьбами людей. Тенгри в какой-то мере психичен, т.е. наделен некоторыми чувствами: гневается, приветствует героев, вербально выражает свою волю, вступая в контакт с человеком. [8, 573].

В пантеоне славянской мифологии присутствует бог грозы и грома Перун, покровитель военной дружины и ее предводителя Хорс. Дажьбог и Сварог – боги Солнца и огня, управляющие светом, теплом, урожаем. [9; 361-362].

У американских индейцев яуро Кума – верховное божество Луны, жена Солнца. Она создала мир и первых людей: сначала – яуро, потом – другие племена. Ей в этом помогают два брата: Пуана – водяной змей, и Итсиай – ягуар, создавшие землю и воду. [8; 28].

У тарасков Курикавери – «Большой огонь» – бог Солнца и огня, самый могущественный и щедрый в пантеоне, причем мог изображаться как в виде человека, так и в виде орла, индюка, койота…

В мифологии ацтеков верховное божество называется Уицилокочтли («колибри – левша») и олицетворяет Солнце. Это бог – творец, бог ясного неба, весеннего солнца и в то же время – покровитель войны, которому приносили кровавые жертвы [8; 545].

У индейцев майя одно из главных божеств – Кукулькан – «змей, покрытый перьями кецаля» - является богом ветра, дождей и планеты Венера. Он основывает царские династии и крупные города [8; 23].

В рабовладельческих обществах религиозные представления существенно углубляются. Так, в шумеро–аккадской мифологии Намму – праматерь всего сущего – порождает гору, на которой обитает Ан (Небо) и Ки (Земля). Они порождают Энлиля, Хозяина Земли, основателя Ниппура. Энлиль становится вторым по значению богом, который управляет всеми стихийными силами: бурями, воздухом, жизнью, плодородием [8; 7].

В древнеегипетских мифах творцами богов, людей и Вселенной выступают то животные, то птицы, то боги или богини. Способы творения и творцы различны, но всегда остаются общими представления о первобытном Хаосе, из которого возникают боги. Их обязательные свойства – активность, творчество, воля, разумность, планирование и проектирование, а также в той или иной форме психизм, способность к вступлению в контакт с человеком. В Текстах Пирамид говорится о богине Нут, некогда почитавшейся величайшей матерью Солнца и Вселенной:

«Могуче сердце твое…

О Великая, ставшая небом…

Наполняешь ты всякое место своею красотою.

Земля вся лежит перед тобою – ты охватила ее,

Окружила ты и землю, и все вещи своими руками»  [5; 23].                       

 

 

В индуистской мифологии действуют тримурти – божественная триада Брахма – Вишну – Шива. При этом первый из них выполняет функции Творца, второй сохраняет все существующие, а третий все разрушает.

В арийских космологических мифах существует и еще одна троица – Агни, Индра и Сурья. Агни (огонь) – посредник между богами и людьми, всеобъемлющее начало, пронизывающее мироздание, свет среди людей и внутри человека. Он горит, сияет, освещает, обладает всеми силами, укрепляет и охраняет небо и землю, правит законами, «знает о предшествующих рождениях» [7; 19].

Индра – бог грома и молнии, царь Вселенной, порождает Солнце, небо, Землю, а также сражается с демоном Вритрой. Он знаменует победу космического динамического, синергетического начала над косным Хаосом, приносит процветание и является носителем мудрости [7; 243]. Сурья – бог Солнца, «око богов», всевидящий, взирающий на добро и зло. Он изливает свет, озаряет мир, исцеляет болезни, уничтожает врагов.

В китайской мифологии имеется образ Тянь Ди – «небесного правителя». Он глава всех божеств и духов. Небо (Тянь у древних китайцев считалось создателем всего сущего, начиная с пяти первостихий. От союза с Землей Тянь порождает «тьму вещей» [8; 541].

Прекрасно прослеживается развитие представлений о Боге и его атрибутах в развитии мифологического образа главного бога древних греков – Зевса. Изначально он управляет всеми небесными явлениями, прежде всего громом и молнией, собирает и разгоняет тучи, насылает бури и дожди. Кроме того, он властвует над богами и людьми. Иногда он сам выступает как существо, подвластное Мойре – силе судьбы, заложенной в Космосе. Ему открыто будущее, он возвещает предначертания судьбы с помощью сновидений, знамений природы… Позднее он устанавливает также и общественный порядок [7; 218219].

В религиях Востока – маздеизме, манихействе, богомильстве - образ творца двоится: добрый и мудрый творец создает все хорошее, полезное для человека, а его злой соперник – вредное и дурное [8; 8].

Бог Ветхого Завета проявляется прежде всего как Творец: «В начале сотворил Бог небо и землю (Бытие 1:1). Он же есть первый субъект познания и оценки: «И увидел Бог свет, что он хорош (Бытие 1:4). Он же творец языка: «И назвал бог свет днем, а тьму ночью…» (Бытие 1:5). Исходя из описания процесса творения, это носитель мощных энергетических импульсов (вселенского масштаба!). Как всеобщий Творец, он обнаруживает себя носителем безграничной воли. Творение само по себе выражает внутреннее желание Бога, его потребность в созидании нового. Он же создает механизмы управления Вселенной, задает программы существования природным явлениям, установки поведения человека. Он постоянно присутствует рядом с человеком, как бы наблюдает за ним, фиксирует его деяния и время от времени вмешивается в них. В определенный момент он испытывает желание играть большую роль в человеческой жизни, чем изначально: «…Не вечно духу моему быть пренебрегаемым человеками…» (Бытие 6:3). У него отчетливо проявляется субъективное волевое и эмоциональное начало, комплекс психических черт: доброжелательность и агрессивность, мстительность, деструктивность. Он по своей воле поддерживает контакты с человеческим обществом через отдельных его представителей путем Откровения.

Итак, в онтологической составляющей исторически развившейся категории Бога сконцентрированы представления о наличии определенной внутренней упорядоченности, закономерности Вселенной, о процессах движения от хаоса к дифференцированному и разнообразному мирозданию; внутренней цели этого движения, планомерности, разумности. Важнейшим признаком Бога является его «психизм»: наличие воли, чувственных и эмоциональных реакций на события. Он концентрирует в себе знание обо всем существующем, о прошлом, настоящем и будущем мира в целом и каждого отдельного его фрагмента. Он активно пользуется этим знанием в своей проективной и контролирующей деятельности; может скрывать его от человека либо, наоборот, делиться с ним. Как творец и правитель, Бог располагает бесконечным количеством вещества и энергии и регулирует их использование; как всезнающее существо, он обладает огромными объемами информации и беспрепятственно оперирует ими в многообразных формах. Кроме того, он обладает личностными, субъективными чертами: бесконечный уровень вещественно-энергетической и информационной активности принадлежит единому, целостному субъекту, хотя и совпадающему в своей пространственно-временной масштабности со Вселенной, но в своей субъективности противостоящему ей как чему-то внешнему, отделенному от себя. Как субъект, Бог обладает очень высоким уровнем рефлексии по отношению к дифференцированной Вселенной и саморефлексии.

Из положения о том, что понятие Бога обозначает фантастический образ, созданный человеческим воображением, однозначно следует вывод о том, что в онтологических компонентах категории Бога отражены накопленные знания о реально существующих во Вселенной процессах самоорганизации, упорядоченности, саморазвития; элементах целесообразности и планомерности. Эти постоянно углубляющиеся представления синтезированы с элементами исторически имевшего места культа вождей и шаманов, пережитками патриархального и матриархального строя. В результате и складывается тот вселенски-всеохватывающий и в то же время антропоморфный образ Бога как существа выдуманного, которого в космической реальности нет и не может быть. В этом случае все свидетельства верующих, переживших Откровение, полностью отбрасываются как не подтверждаемые наукой.

Но в философских рассуждениях можно пойти и другим путем: не отбрасывать свидетельства верующих, а отнестись к ним более серьезно. Тогда следует задать вопросы: каким с космологической и физической  точки зрения должен быть тот феномен, который отражен в категории Бога, и возможно ли его существование в свете того знания об устройстве Вселенной, которым мы сегодня располагаем?

В космологическом плане он должен быть образованием вселенского масштаба, концентрирующим в себе свойства вещественно-энергетических и информационных проявлений самоорганизации. В физическом плане у него должен быть материальный носитель, природа которого на сегодняшний день не известна науке. Понятно, что неизученность сама по себе не исключает возможности его существования. (К примеру, заявление о существовании волнового радиосигнала лет 150 назад было бы воспринято как абсолютная мистика).

Вопрос о возможности его возникновения в процессе космогенеза должен исследоваться специально. Мы, во всяком случае, имеем по этому поводу собственную гипотезу, которая изложена нами в отдельной статье [см. 13; 12-20].

Суть ее выражена в следующем предположении: первичное сверхплотное ядро Вселенной в процессе «великого взрыва» в момент ее рождения трансформируется в плазменное облако – протовселенную. В первичной плазме, состоящей из субэлементарных частиц типа лептонов, действуют всеобщие законы синергетики. Ввиду бесконечно огромной массы и энергии плазменного протовселенского облака упорядоченные и сверхупорядоченные структуры возникают практически мгновенно. Вследствие колоссальной энергетической напряженности и бесконечности массы возникают супернапряженные информационные процессы. В один из бифуркационных периодов развивается то свойство первичного лептонно-плазменного облака, которое с человеческой точки зрения воспринимается как «психизм». Это стремление к контролю над самоактивностью; к направленному продуцированию новых форм самоактивности. Все это ведет к возникновению того бесконечного разнообразия явлений природы, которые мы сегодня воспринимаем как «истинную» Вселенную, хотя на самом деле она является лишь одним из частных уровней саморазвития первичной  лептонной плазмы, который отчасти познан и практически освоен человечеством.

«Разумность» Бога в этом случае представляет из себя внешние проявления сверхнапряженных информационных процессов, которые отнюдь не имеют своей «целью» управление или контролирование человеческого разума и деятельности, и лишь косвенно через многоуровневые опосредования в какой-то мере  «информируют» и «ориентируют» его.

Особо должен рассматриваться вопрос о строении и функционировании человеческого головного мозга. Феномен головного мозга должен в аспекте нашей гипотезы рассматриваться как один из продуктов «творческого процесса» первичного лептонно-плазменного облака. Вероятно, человеческий головной мозг по отношению к нему выполняет ту же функцию, что и радиоприемник по отношению к радиоволне.

Существование большого количества «ненастроенных приемников» может помочь пониманию механизма Откровения и того, почему оно не является всеобщим.

Становится также возможным объяснение механизмов процессов «общения» с Богом, которое у всех народов мира имеет устойчивые и единообразные формы, включающие в себя шаманистское действо, молитву, медитацию и некоторые другие.

Если представить себе Бога как информационную систему вселенского масштаба типа современной компьютерной суперсети, тогда человек оказывается индивидуальным пользователем персонального компьютера. Навыки пользования самим ПК и включения в сеть осваиваются с огромным трудом. Но это уже тема для самостоятельного исследования.                 

 

  1.  Библейский словарь. Энциклопедический словарь. / Сост. Э. Нюстрем. – Торонто: Drukhaus Yummersbach. 1989.

  2.  Библия. – М.: ВСЕХБ, 1989.

  3.  Закон Божий. / Сост. прот. С. Слободской. – Jordanville, NY USA; Holy Frinity Monastery, 1987.

  4.  Леви-Брюль Л. Сверхъестественное в первобытном мышлении. – М.: ОГИЗ, 1937.   

  5.  Матье М.Э. Древнеегипетские мифы. –М.-Л.: Изд. АН СССР, 1959.

  6.  Дионисий Ареопагит. Мистическое богословие.  К.: Изд. Путь к истине, 1991.

  7.  Мифологический словарь. / Гл. ред. Е.М. Мелетинский. – М.: Советская энциклопедия, 1990.

  8.  Мифы народов мира. Энциклопедия. В 2-х тт. – Т.2. – М.: Советская Энциклопедия, 1982.

  9.  Славянская мифология. Энциклопедический словарь. – М.: Эллис Лак, 1995.

10.  Тайлор Э.Б. Первобытная культура. – М.: Политиздат, 1983.     

© 2010 olena.scherbina.sumy.ua | Design by metamorphozis.com. | Powered by Lubimy Site